Культовое зодчество католиков Сибири в 1830–1917 гг.

Татьяна Недзелюк

Культовое зодчество католиков Сибири в 1830–1917 гг.

 

 «Для меня костел был самым прекрасным и святым местом на земле. Меня всегда поражала величественность здания костела. Оно было построено в готическом стиле и не походило ни на какое другое в городе. Когда мы с мамой и бабуней шли на мессу, я замирала от счастья и какого-то благоговейного чувства, переполнявшего меня. Я помню зеленый веселый двор со множеством цветов и аккуратными дорожками, посыпанными желтым гравием. Помню огромный колокол, звон которого был какой-то особенный, непохожий на звон, который слышался из других храмов. Помню широкие ступени, ведущие в храм… Не передать чувства, которые охватывали моё детское сердце, когда я входила под величественные своды костела. Эта торжественная тишина, сверкающие переливы очень красивой хрустальной люстры, льющей свет с высокого потолка, а потом – неповторимые торжественные звуки органа… Я забывала обо всем, охваченная чувством любви к Богу, к Его прекрасному дому и выходила оттуда в конце службы просветленная, готовая всех любить и делать добро людям»[1].

irkutsk.kostelПриведенные выше строки – не цитата из художественного произведения. Так в 1998 г. охарактеризовала своё восприятие храма, принесённое из детства, Мария Рыдзевска, одна из прихожанок Новониколаевского костела (закрыт в 1923 г.[2]).

В западно-христианском культовом зодчестве Сибири выделяют три периода: ранний (1872–1857), неоготический (1858–1896), новый (1900–1917). Основанием для типологизации принимают изменение типологических характеристик храмового строительства. Ранний период – время становления западно-христианского культового зодчества в Сибири – характеризовался «разнообразием стилистических решений, связанных со сменой регламентированных властью архитектурных стилей (переходный барочно-классицистический стиль, провинциальный классицизм, романтическая готика»[3]. В рамках данного периода на сибирской земле появились римско-католический приходской храм Успения Пресвятой Девы Марии  в Иркутске (1825), церковь Покрова Пресвятой Девы Марии в Томске (1833), церкви Промысла Божьего в Тобольске (1847) и Красноярске (1853–1857).

Типологической особенностью второго периода явился утвердившийся в это время в русском зодчестве стиль «исторического выбора». Для церковных зданий инославных конфессий[4] стало актуальным его неоготическое направление, сопряженное с национально-историческими корнями поляков, немцев и др. В рамках второго периода были сооружены римско-католическая церковь Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии в Омске (1861–1867), приходская церковь св. Апостолов Петра и Павла в Чите (1876), храм Успения Пресвятой Девы Марии в Иркутске (1881–1884), церковь Преображения Господня в Благовещенске (1896). «Им отводилась функция рядовых элементов периметральной застройки главной площади, способствующих формированию единого ансамбля во главе с православным собором»[5].

Последний период был отмечен разнообразием национально-исторических архитектурных решений в рамках ретроспективы неоготического стиля. Л. А. Ющук отмечает, что «по характеру художественного решения и качеству исполнения провинциальное культовое зодчество в начале ХХ в. практически не отличалось от столичных аналогов»[6]. Причиной тому – приток высококвалифицированных специалистов, выпускников Императорской Академии художеств и Императорского Института гражданских инженеров, что положительным образом сказалось на качественном уровне проектирования и строительства неправославных христианских церквей. В этот период увеличилось количество прихожан, мигрантов–аграриев. Наиболее яркими и интересными, с точки зрения архитектурно–художественного решения, стали церкви Пресвятой Троицы в Тобольске (1900–1907), св. Иосифа Обручника в Тюмени (1904), св. Казимира в Новониколаевске (1905–1907), св. Апостолов Петра и Павла в Каинске (1906–1909), св. Сердца Девы Марии в Барнауле (1907–1909), Рождества Богородицы во Владивостоке (1907–1914).

По общему правилу, здания христианских церквей инославных исповеданий в Российской империи не должны были выделяться на общем фоне застройки и привлекать к себе внимание. Так, 8 июня 1902 г. ДДДИИ за № 1809 «уведомил начальника губернии, что Министерством признано возможным разрешить, согласно ходатайству доверенных жителей-католиков г. Ишима, постройку в названном городе, на средства просителей, р.-к. молитвенного дома, но без наружных признаков церкви и при условии, чтобы место для онаго было избрано с согласия г. губернатора и чтобы план и фасад здания были утверждены установленным порядком»[7].

 С точки зрения архитектора, «доминирующими в вертикальной застройке объектами городских центров являлись православные храмы»[8]. Государственная религия требовала уважительного к себе отношения. Тем не менее, неверно было бы говорить о притеснениях в отношении инославных христиан. «Иноверческие храмы занимали центральное место в городской структуре наряду с административными зданиями. Однако типологически выделить неправославное церковное здание в формирующейся застройке было достаточно сложно»[9]. Например, о церкви Божьего Промысла в Красноярске известно следующее: «Здание церкви по сохранившимся фотографиям и инвентарному описанию представляло собой одноэтажный деревянный объем на каменном фундаменте. Оно было включено в единый фронт одно- и двухэтажных деревянных домов центральной магистрали города и являлось элементом рядовой застройки. Завершенный пологой двускатной крышей объем, без башни звона, типологически слабо выражался в перспективе Благовещенской улицы»[10].

Чтобы получить разрешение на возведение культового сооружения в уже застроенной части города, иногда приходилось жертвовать классическими правилами строительства культовых христианских зданий. «Костел расположен в нижней подгорной части города, у основания Троицкого мыса. Продольная ось костела вытянута в направлении северо-запад – юго-восток, причем паперть обращена на Ю-В, а апсида на С-З. Такое расположение противоречит традиционной ориентировке христианских храмов и вызвано уже сложившейся исторической застройкой ул. Богоявленской (ныне ул. Р. Люксембург)», – эти слова относятся к храмовому зданию в Тобольске[11].

Были, тем не менее, и исключения. Так, здание римско-католической приходской церкви св. Казимира в Новониколаевске «доминировало в деревянной одноэтажной застройке Вокзальной части города. Оно располагалось на пересечении Обского (ныне Комсомольского) проспекта и Иркутской улицы. Церковный участок граничил с Михайловским логом. В двух кварталах от храма находилось здание магометанской мечети (1910–1912), в пяти – железнодорожный вокзал с привокзальной площадью во имя св. Пророка Даниила. Храм замыкал перспективу Обского проспекта со стороны привокзальной площади»[12].

Возведению капитальных строений, кирпичных зданий почти во всех городах (Владивостоке, Иркутске, Новониколаевске, Красноярске, Тобольске) предшествовали деревянные строения, утраченные впоследствии, как правило, в результате пожара. Во время пожара 2 февраля 1902 г. сгорел первый деревянный костел во Владивостоке; в том же году на месте сгоревшего было выстроено новое деревянное здание[13]. Аналогичная судьба постигла и деревянное здание церкви Промысла Божьего в Красноярске. Случившийся внутри церкви 11 мая 1904 г. пожар привел к полному разрушению здания и уничтожению всего церковного убранства и утвари[14]. Исключение составлял, пожалуй, только Барнаул, где строительство велось изначально как капитальное строение из кирпича по оригинальному проекту местного архитектора,  гражданского инженера И. Ф. Носовича[15].

О том, что здание является культовым строением и принадлежит конкретному вероисповеданию, обыватель мог догадаться по «опознавательным знакам», характерным для той или иной конфессии. «Типологию здания как культовой постройки определяли латинские кресты над порталом и апсидой и «Всевидящее око» на фронтоне главного фасада – о Новониколаевске[16]. «Круглое большое окно на центральном фасаде костела соответствует положению окна-«розы» в романских и готических соборах и вписано в арочную нишу, охватывающую плоскость стены над порталом. Заполнение окна – «розы» было выполнено в виде четырехлопастного мальтийского креста в технике витража» – о Тобольске[17].

Бесспорно, культовые здания вне зависимости от конфессии обладают специфическим пространственным и временным своеобразием, рождающим определенный мифологический ореол[18]. В годы советской власти такие здания вовсе не случайно будут подвергаться если не сносу, то перепрофилированию, таким образом осуществляя их десакрализацию.

Историческая справка в комплексе документов научно–проектной документации архивного дела о реставрации Тобольского костела повествует, что: «Внешне костел представлял собой единый мощный замкнутый объем с высокой кровлей и щипцовыми завершениями торцовых стен. Центральный юго-западный фасад костела решен подчеркнуто декоративно: он разделен на три части находящимися в межоконных пространствах контрфорсами, сечение которых уступами увеличивается книзу. Вход в здание решен в виде монументального портала, акцентированного тремя перспективными арками и завершающегося выступающим раскрепованным вимпергом. Вимперг заканчивается квадратным постаментом, предназначенным для круглой скульптуры – статуи Мадонны, что подтверждается архивными фотографиями и свидетельствами очевидцев. На вимперге над аркой портала выложен аркатурный фриз (так называемые «ползучие» арки). Этот же декор повторяется в решении боковых карнизов центрального фасада и на вимперге над дверными проёмами приделов»[19].

Безусловно, для повседневного мироощущения члена данной приходской общины либо вновь приехавшего в город человека приведенное выше описание моделировало атмосферу идеологически-тожественной, рефлексивно-обращенной ситуации[20].

Вне зависимости от места расположения, в Европе либо Сибири, соблюдался единый стандарт в строительстве. Современные реставраторы допускают, что по поручению МВД подготовительный этап проектирования мог быть выполнен специалистами из губерний Царства Польского. «Вероятнее всего, разработка проектно–сметной документации на костел была поручена варшавским архитекторам. Автором проекта  [культового здания католической церкви в Тобольске] был архитектор Войцеховский»[21]. «…Здание костела выполнено в стиле так называемой «неоготики», широко распространившемся в европейской части России на рубеже XIX–XX вв. В основу объемно-пространственной композиции храма положены традиции готического базиликального храма, а характер декора следует традициям т. н. «кирпичной готики», что обусловлено материалом и временем постройки храма. В плане костел представлен в виде латинского креста, образованного расположенными вдоль продольной оси выступающей пятигранной апсиды, однонефной храмовой части и паперти. Крылья креста образованы примыкающими к основному объему двумя симметричными приделами, заканчивающимися на северо-востоке пятигранными апсидами»[22]. Такими характеристиками дано описание костела в Тобольске; достаточно стереотипно в архитектурном плане, с терминологией конкретной конфессии.

Существовал строительный стандарт и для «малых храмов» в сельской местности, и для малых городов. Говоря о здании костела в Мариинске, В. А. Ханевич замечает: «Проект храма был выполнен настолько профессионально, что впоследствии стал служить образцом для строительства других католических храмов в Томской губернии, в частности, в поселке Белостокском Томского уезда и поселке Тюхтетском Мариинского уезда»[23]. Сохранились и делопроизводственные документы, свидетельствующие о выработке «образцового» варианта, универсального для сельских и малопричтовых городских церквей.

Каковы бы ни были размеры храма, основная идея архитектурного решения и образ его восприятия оставались классическими. О том же Мариинском молитвенном доме замечено следующее. «Судя по изображению на открытке, здание храма состояло из трех нарастающих по ширине с запада на восток срубов. Высота алтарного прируба вдвое меньше основного объема храма. На его выступающей северной стене имелось окно, над которым возвышался фронтон, украшенный лучами. …Несмотря на исполнение в дереве, костел был спроектирован на каменном фундаменте в неоготическом стиле с высокими стенами и высоким шпилем, у основания которого был закреплен колокол, а сам шпиль венчал католический крест»[24].

Тот же трехсрубный тип храма, выполненный в неоготическом стиле, был воспроизведен в пос. Тайга. Размерами он уступал мариинскому образцу, однако в отношении изящества форм значительно его превосходил. Нарядность тайгинской башни–колокольни дополнял нижний ряд фронтонов, устроенных над основным и боковым входами в храм и чешуйчатое покрытие её граней. Дополнительным акцентом храма являлся шпиль, устроенный над его алтарной частью[25].

Постройка храма в Мариинске обошлась в 4,6 тыс. р. (вместо запланированных сметой 3 тыс.). Церковное здание в Бороковском стоило ещё дороже – 10 тыс. р., однако известно, что построено оно было «на собственные средства»[26]. Сбор денег по епархии для строительства не производился. В Тайге жители, избравшие «комитет по постройке каплицы», уполномочили его и «правами сбора денежных средств»[27].

В архитектуре храмовых зданий, наряду со стандартом, проявлялись национальные особенности. В Красноярске «здание церкви, построенное по проекту архитектора В. А. Соколовского, решалось в лучших традициях польской неоготики: двухбашенная композиция объема храма акцентировалась треугольными формами – щипцами, вимпергами, венцами. Такое обилие треугольных форм способствовало формированию характерного облика готической церкви. Вытянутые парные башни звона, завершенные острыми шатрами с узкими люкарнами и фланкируемые башнями-фиалами, каскадный вимперг главного фасада со статуей Спасителя, роза, перспективный портал помогали создавать с сознании горожан образ западно-христианского храма[28]».

«Немецкий характер» был присущ храмовому зданию в Новониколаевске. Построенная по проекту инженера Венера церковь св. Казимира по стилистическому и объемно-пространственному решению характеризовалась как ретроспектива неоготики, проявившаяся ранее, во второй половине XIX в., в немецких колониях центральной части Российской империи. Укрупненный декор фриза, простая геометрия деталей фронтона и башни звона эффектно дополняли образ неоготической церкви, аналогами которому являлись колониальные церкви Поволжья»[29].

Специального внимания заслуживает рассмотрение участия светских лиц в строительстве церквей. В Новониколаевске «фундамент под каменный костел во имя св. Казимира освящен томским настоятелем в присутствии инженера Коссовского, главных членов Комитета и других прихожан»[30]. В Красноярске деньги для начала строительства каменного здания пожертвованы дворянином Густавом Николаевичем Островским[31], а окончательный, «чистовой» проект был выполнен гражданским инженером В. А. Соколовским (1874–1959). Он окончил императорский институт гражданских инженеров, поступил на службу в МВД и был откомандирован в Красноярск. Помимо здания римско-католической церкви Преображения Господня (1908–1915) по его проектам в Красноярске были выстроены особняк Н. И. Гадалова (1904) и здание Общественного собрания (1910–1913)[32]. Гражданский инженер А. Шокальский выполнил чертежи металлической ажурной ограды вокруг церкви и декоративных ворот в Тобольске[33].

Семантический «инвентарь» культуры в рассмотренной нами ситуации способствовал формированию целостного мировидения и выполнял функции адаптанта к условиям сибирской действительности. Активное участие членов религиозного сообщества в сохранении национально-конфессиональных традиций корректировало традиционную для них картину мира в сторону психологической толерантности к принимающему сообществу, что выражалось в совместном освоении градостроительного пространства.

[1] Рыдзевска М. Воспоминания о старой католической церкви в Новосибирске наших старших прихожан // СКГ. 1998. № 2. С. 5.

[2] ГАНО. Ф. Р-1228. Оп. 1. Д. 2а. Л. 4.

[3] Ющук Л. А. Архитектура зданий Римско-католической и Евангелическо-лютеранской церквей в Сибири и на Дальнем Востоке (1792–1917 гг.): автореф. дис. … канд. архитектуры. Новосибирск, 2000. С. 7.

[4] Термином «инославие» или «инославные исповедания» в России было принято именовать христианские  культы и конфессии, не являвшиеся православными. «Иноверцами», в отличие от них, следовало называть всех тех, кто, не являясь христианами, исповедовал буддизм, ислам и пр. См.: Суворов Н. С. Учебник церковного права. М., 2004. С. 469.

[5] Ющук Л. А. Архитектура зданий… С. 10.

[6] Там же. С. 12.

[7] РГИА. Ф. 826. Оп. 1. Д. 2151. Л. 2.

[8] Ющук Л. А. Архитектура зданий… С. 7.

[9] Там же.

[10] Историко-архитектурная справка по строительству римско-католической церкви Промысла Божьего (1853–1857) и Преображения Господня (1908–1915) в Красноярске // Архив курии Преображенской римско-католической епархии в г. Новосибирске. Ф. 1. Оп. 8. Д. 3. Л. 1.

[11] Научно-проектная документация. Комплексные научные изыскания. Памятник архитектуры начала ХХ в. Римско-католический костел в г. Тобольске / Кооператив «Реставратор». Начальник творческого коллектива Н. И. Харченко // Краеведческий музей г. Тобольска. Шифр 1. Арх. № 83. Т. 2, Кн. 3. Л. 1–31.

[12] Историко-архитектурная справка по строительству римско-католической церкви св. Казимира (1905–1907) в Новониколаевске (Новосибирске). Сост. архитектором, канд. архитектуры Л. А. Ющук // Архив курии Преображенской римско-католической епархии в г. Новосибирске. Ф. 1. Оп. 8. Д. 1. Л. 2.

[13] Из истории римско-католического костела в г. Владивостоке: справка // Архив Преображенской епархии в г. Новосибирске. Ф. 3. Оп. 1. Д. 18.

[14] Туманик А. Г. Римско-католические храмы Сибири [Электронный ресурс] // Библиотека сибирского краеведения. URL: http://bsk.nios.ru.

[15] КГУ ГААК. Ф. Д-65. Оп. 1. Д. 232. Л. 5.

[16] Историко-архитектурная справка по строительству римско-католической церкви св. Казимира… Л. 2.

[17] Научно-проектная документация. Комплексные научные изыскания. Памятник архитектуры начала ХХ в. Римско-католический костел в г. Тобольске. Л. 25.

[18] Ахундов М. Д., Баженов Л. Б. Рациональная реконструкция генезиса пространственно-временной организации мифо-религиозной картины мира // Естествознание в борьбе с религиозным мировоззрением. М., 1988. С. 34–49.

[19] Научно-проектная документация. Комплексные научные изыскания. Памятник архитектуры начала ХХ в. Римско-католический костел в г. Тобольске… Л. 25-26.

[20] Кругликов В. А. Пространство и время «человека культуры» // Культура, человек и картина мира. М., 1987. С. 167–197.

[21] ГУТО ГАТ. Ф. 353. Оп. 1. Д. 447. Л. 7.

[22] Там же. Л. 10.

[23] Ханевич В. А. Католики в Кузбассе (XVII–XX вв.): очерк истории, материалы и документы. Кемерово, 2009. С. 101.

[24] Там же. С. 101.

[25] Там же. С. 116-117.

[26] ГАТО. Ф. 3. Оп. 77. Д. 128. Л. 14 а.

[27] Там же. Ф. 240. Оп. 1. Д. 495. Л. 25–25 об.

[28] Историко-архитектурная справка по строительству римско-католической церкви Промысла Божьего (1853–1857) и Преображения Господня (1908–1915) в Красноярске… Л. 3.

[29] Историко-архитектурная справка по строительству римско-католической церкви св. Казимира… Л. 3.

[30] НИАБ. Ф. 1781. Оп. 26. Д. 1502. Л. 127.

[31] Там же. Л. 91–92.

[32] Памятники истории и культуры Красноярского края. Красноярск, 1997. Вып. 4. С. 78.

[33] ГУТО ГАТ. Ф. 353. Оп. 1. Д. 447. Л. 8–9. Протокол утверждения эскизного проекта ворот и ограды костела.

—————————

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code